Имитируя Европу - попытки европеизации армий Индостана в 18-19 ст. - 2
Вторая часть заметки, опять же - черновик, без картинок и ссылок на источники.

Что осталось за кадром (свежим взглядом) - этнический состав пехоты (есть наброски), картинки, вооружение, примеры сражений (есть наброски).

II.

Ост-Индийской компании в середине 18-го века прямо-таки везло с подчинением Индостана. Начиная с войн за Карнатик, победы под Плесси (Палаши), когда англичане показали свои зубки, через битву при Буксаре, когда случилось невиданное — европейцы пошли против самого Великого Могола; вплоть до Аллахабадского трактата 1765 года, по которому ОИК стала полной хозяйкой в Бенгалии - влияние англичан на субконтиненте росло стремительно и непреклонно.

Такой рост был обеспечен не только использованием англичанами классических «азиатских» хитростей - придворной интриги, подкупа и покровительства слабым родственникам правителей, словом, не только благодаря плащу и кинжалу. В дело вступили сталь, порох и учебник тактики — вместо мелких гарнизонов и местных наемников перед глазами удивленных индийских раджей предстала армия, организованная по совсем иным принципам, армия, использовавшая неисчерпаемые местные человеческие ресурсы и умение европейских офицеров, и побеждавшая за счет лучших тактики, дисциплины и технологий.



Однако, если мы, как европейцы, можем себе представить европейскую армию второй половины 18-го — первой половины 19-го века, то состояние армий правителей Индостана стоит описать отдельно.

«Индийские» армии представляли из себя красочное и грозное зрелище, и в то же время были довольно малоэффективными с точки зрения борьбы с достаточно мелкими европейскими противниками (что показал уже неудачный штурм Мадраса в 1746 году, а позднее подтверждалось практически при каждой кампании против европейцев). Такую малую эффективность определяли, в первую очередь:

i) принципы формирования армии;
ii) принципы командования армией;
iii) непонимание роли тактики, в частности тактики европейцев;
iv) принципы специализации родов войск;
v) отсутствие снабжения войск.

Взятые вместе, эти принципы привели к печальным для индусов последствиям — постоянным поражениям, понесенным от гораздо менее численных армий ОИК.

Принципы формирования армии
Основным принципом формирования армий в провинциях и вассальных государствах поздней империи Моголов был принцип выдачи правителями (моголами либо местными навабами) т.н. ягиров, ярлыков отдельным феодалам на набор войска. Комплектование армий феодалами-ягирдарами (лицензиататми, так сказать) имело в виде последствий:
а) полную контролируемость набираемых ягирдару при сугубо номинальном руководстве со стороны выдавшего ягир вельможи (ибо платил и кормил воинов ягирдар);
b) невозможность обучения войск тактике — ибо армии собирались ad hoc, по этой причине иногда просто не было времени на обучение, нанятых воинов надо было использовать быстро;
c) слабую внутреннюю связанность набранных ягирдарами отрядов — представьте двадцать мелких полубанд, нанятых на полгода — каждый сам за себя, сражается как может.

Такие принципы набора сохранились по всему Индостану и после распада империи Моголов, и первоначально активно использовались и маратхами и в Майсуре, со своей спецификой, конечно же — к примеру, у маратх комплектование усугублялось отсутствием реального единства в конфедерации, т.е. речь шла о затрудненном сотрудничестве не только на тактическом уровне, но и на оперативном и стратегическом.

Принципы командования армией
Слабая структурированность армий приводила не только к тому, что «вертикаль власти» (chain of command) в армии практически отсутствовала (хотя бы из-за того, что разные отряды подчинялись исключительно своим ягирдарам). Невозможность «европейского стиля» атаки пехотой «по плану» приводила к превращению сражений в несомненно героические, но лишенные тактического смысла поединки. Более того, отсутствие системы единообразных команд приводило к тому, что командиры вынуждены были постоянно быть во фронте войск — для подбадривания и наблюдения за ходом сражения, при чем с целью улучшения наблюдения за ходом боя и показа своего статуса восседали первоначально на слонах.

Это, в свою очередь, приводило к случаях анекдотическим — англичане, видя издалека такие хорошие мишени как слоны, выставляли вперед конную артиллерию и просто расстреливали бедных животных с их нерадивыми хозяевами, после чего система командования у индусов в большинстве случаев показывала еще один, самый главный недостаток — при гибели командира его отряд полностью терялся и зачастую просто покидал поле боя (ибо с гибелью ягирдара прекращался контракт).

Непонимание роли тактики боя и слаженного передвижения в условиях борьбы с европейскими армиями выражалось не только в пренебрежении к «стандартизации» воинских подразделений, но также в пренебрежении «уставным» маршем и маневром. Индийские армии были чрезвычайно слабо подготовлены к маршам с темпами «европейскими», маратхам удалось хоть как-то компенсировать это набором целых конных армий легковооруженных всадников и использованием тактики войны за счет противника (ганими кава), а майсурскому султану — путем привлечения французских специалистов для обучения маршам.

Другим моментом, который ярко высвечивал полную беспомощность против европейской тактики была какая-то невероятная неспособность верно маневрировать на поле боя. В кавалерии это проявлялось в том, что огромные (иногда десятикратно превышающие противника) массы конницы маратх бывали биты мелкими отрядами англо-индийской кавалерии, действовавшей по принципу атакующей колонны, заходящей с фланга. В то же время английская пехота имела несомненное преимущество в виде умения неспешно и организованно отходить и менять глубину строя, в организации стрельбы и, что было чрезвычайно важным — в штыковом бое.

Специализация войск
Говоря о пехоте и кавалерии нельзя не заметить удручающей картины дисбаланса между конницей и пехотой в войсках правителей Индостана. Конница в армиях могольского Индостана была наиболее престижным родом войск, более того, наиболее элитной считалась конница тяжелая, в традиционных доспехах. Её роль была простой — пробивать ряды низкоквалифицированной пехоты. До 1740-х годов также обильно использовались конные лучники из степей Средней Азии, но по причине перекрытия в 1740-е года афганскими племенами путей на рынки наемников в Средней Азии, использовать их практически прекратили. Однако, и «кирасиры» и конные лучники постепенно уступали легкой кавалерии, также набираемой из феодалов.

Т.о., если конница набиралась из местных «рыцарей», т.е. феодалов, имеющих в силу своего рода познания в делах военных (однако и соответсвующей психологией индивидуального подвига и зачастую презрения к дисциплине), то пехота по большей части набиралась из множества источников — афганские наемники, горожане, просто бандиты с большой дороги.

В то же время нельзя не отметить парадоксальную ситуацию с артиллерией — качество орудий зачастую было достаточно неплохим, количество на бумаге — зачастую большим чем у европейцев, однако лафеты орудий были допотопными, а сами артиллеристы — низкоквалифицированными и презираемыми вояками. В связи с этим не редки были случаи, когда орудие использовалось во время один раз, причем иногда огонь велся «в сторону» противника, даже без прицеливания. Правда, ситуация поменялась, когда местные войска получили помощь и инструкции европейцев.

Последним, на чем хотелось бы остановиться, является плохое снабжение войск. Главной проблемой здесь была неспособность накопления запасов провианта и амуниции по европейскому варианту - на пакгаузах. По этой причине сбор провианта велся «по ходу дела», и хорошо, если это происходило на территории противника, а даже и не происходило — поход превращался из движения колонн по дорогам в неспешное шествие масс войск «по направлению к...» (хотя в случае маратх такое разорительное для противника движение было скорее целью, чем издержками кампании).

Снабжение вооружением и лошадьми также возлагалось на самих воинов, таким образом, лишившись коня всадник выбывал из строя до момента приобретения нового коня. Естественно, что в коннице, нанимаемой англичанами, были те же проблемы со снабжением, однако компания могла позволить возместить стоимость лошади, убитой под всадников в битве, а европейские кавалеристы вообще снабжались с помощью кавалерийских депо.

Не менее важным было практически полное отсутствие стандартизации вооружения и, соответственно, калибров для орудий и ружей. Отсутствовало, по большому счету, и единое обмундирование.

В таком виде (где-то в лучшей форме, где-то в худшей) и встретили правители Индостана начало эпохи «европейской войны». О том, как вводили «полки нового строя» и что из этого получалось, а также о том, как боролись с такими нововведениями англичане, мы будем говорить в следующих заметках.